Как хоронили Аверченко

Печать и PDF
Публикатор: 
Опубликовано: 
16 апреля 2010

От пражского корреспондента «Сегодня»  

«Ветер, ветер, на земле не стоит человек»…   

Ветер и снег, и мороз – такой, какого не было в декабре. Совсем русская зимняя погода… Так было в Праге в день похорон Арк. Аверченко. Как будто к нему, в день последнего его земного пути, пришёл север, на который он всегда стремился и теперь, во время заграничных скитаний.   

Большой белый гроб, утопающий в цветах. Русские и чехи, тесно стоящие один возле другого в круглой капличке пражского крематориума, венки с траурными и национальными лентами, золотые ризы, духовенство – это внешняя сторона похорон. Но в этом погребении особенно чувствовалась сторона внутренняя: та печаль, глубокая и искренняя, которая отражалась на лицах всех пришедших проститься с усопшим.   

Арк. Аверченко, так любивший вызывать смех у окружающих его, на этот раз вызвал слёзы, слёзы даже у совершенно далёких ему людей.   

Потеря всеми чувствовалась в эту минуту особенно остро.   

Ещё недавно, около года тому назад в рассказе «Как держать себя на похоронах» Арк. Аверченко шутил над смертью, шутил, как всегда, беззлобно, но остро. Но и в этой шутке чувствовалось что-то иное, не похожее на обычную шутку.   

«В смерти есть тайна, – говорил Арк. Аверченко. – Поэтому к похоронам нужно подходить благоговейно, деликатно. Шутки здесь неуместны. Меня почему-то считают юмористом, но я умею быть серьёзным.   

Меня однажды очень обидели слова моего друга – писателя, с которым мы встретились на каких-то похоронах… Увидев меня, он подошёл и сурово спросил:   

– Зачем вы здесь?   

– А почему бы мне не быть здесь?!   

– Гм. Что же здесь смешного?!   

Этот грубый человек забыл, что у меня, кроме смеха, есть ещё и сердце…»   

И вот присутствовавшие на похоронах Арк. Аверченко особенно остро почувствовали утрату этого сердца, которое по своей доброте и широте наделяло всех такими щедрыми, такими богатыми дарами целительного смеха…   

Епископ Сергий закончил отпевание, начавшееся в 1 час дня – около двух. Медленно подняли гроб друзья покойного и русские писатели:  начался последний путь от каплички крематориума до могилы, вырытой у строящейся на Ольшанском кладбище православной церкви.   

У открытой могилы последнее прости усопшему сказали: В. Ф. Бунаков от русских писателей и журналистов в Чехословакии, В. О. Червинка от писателей чешских, проф. Е. В. Спекторский от академических организаций, В. А. Лазаревский от русских эмигрантских организаций и С. И. Варшавский…   

Через несколько минут над опущенным в могилу гробом выросла горка мёрзлой кладбищенской земли…   

 


«Сегодня» (Рига, Латвия). 1925. № 64 (20 марта). С. 3.

Републикуется впервые. Подготовка текста © 2010 Наталья Тамарович.