«Зубковиана» Дона Аминадо: страница 9 из 19

Печать и PDF
Опубликовано: 
22 января 2013
Фридерика Амалия Вильгельмина Виктория и Александр Зубков
Александр Зубков
Рудольфо Валентино
Зубковы. Семейный портрет

Следующий фельетон Аминадо с фигурантом Зубковым назывался «Политический обзор» и появился через 3 дня после заключения тем брака с Викторией - 22 ноября 1927 г. [1], - в пору разгрома Сталиным «объединенной оппозиции» в ВКП(б) и расправы над ее вождями [2], освещению чего «Обзор» прежде всего и посвящен. За счет подключения проблематики метрополии контекст, в котором функционирует образ Зубкова, существенно расширяется, что приводит к повышению его статуса и репрезентативности и, опять-таки, к обогащению его дополнительными смысловыми нюансами (в частности - добавляет ему столь памятной эмигрантам по «петербургским текстам» Пушкина, Гоголя, Достоевского и проч. фантасмагоричности). В финале фельетона это оборачивается гротескно-иронической актуализацией для «зубковианы» национальных культурно-исторической, философской и политической традиций:

«Люблю масштаб больших событий,

Водовороты грозных сил,

Узлы каких-то тайных нитей,

Которым рок определил

Идти по разным очертаньям,

Тянуться вверх, стремиться вниз,

И сочетаться сочетаньем,

В котором разум и каприз

Узлом диковинным сплелись!..

Глядишь, из тьмы кремлевских башен,

В пэнснэ и скромном котелке,

Выходит Троцкий налегке,

А вслед за ним, угрюм и страшен,

С метлой в надежном кулаке,

Высок, упрям, монументален

И матов, Господи спаси,

Грядет невыразимый Сталин,

Великий Дворник всей Руси.

А в этот миг, какая каша,

Какая выдумка и бред!..

Зубков-фон-Шаумбург-фон-Саша,

И эмигрант, и сердцеед,

И ветрогон, и ловкий шельма,

Являя храбрости пример,

Вступает в брак с сестрой Вильгельма,

Который стал ему бо-фрер [3]!..

А там, глядишь, с послом французским,

Через пустыню, чрез пески,

Спасать каких-то барынь русских

Спешат зуавы и стрелки.

Затем, что, бывши полом слабым,

С мятежной русскою душой,

Попали барыни к арабам... -

"Как будто в бурях есть покой"!

Итак, куда ни ткнешься, всюду

Маячит русский силуэт.

К добру ли это, или к худу,

Решать, пожалуй, я не буду,

Да и решений общих нет.

Подобно многим, верю чуду,

И говорю: с Востока - свет!

<...>

Восток и свет в Зубкове Саше,

И в этой Прохоровой Маше,

Кого в Марокко дивный рок

Увлек и вправду на Восток» [4].

Трудно удержаться от возгласа: беженец Аминодав Пинхусович Шполянский, в Париже ликующий по поводу изгнания Лейбы Давидовича Бронштейна Иосифом Джугашвили из «сердца России» - московского Кремля, - каково?! И здесь же - восхищение «бредовой» женитьбой Зубкова и наигранно-ироническое преклонение перед невесть что ищущей «в стране далекой» [5], вздорной, но, вопреки всему этому, осененной гением Лермонтова «Машей» Прохоровой [6]!..

 


[1] В этой связи см. в «Последних новостях» след.: «Время свадьбы принцессы <...> с Зубковым хранилось в строгой тайне, но весть о том, что жених и невеста приехали в субботу днем в Ратушу, разнеслась по городу с быстротой молнии. Когда молодожены вышли из мэрии, огромная толпа, теснившаяся на площади, встретила их аплодисментами, смехом и ироническими возгласами. <...> Виктория была одета в серое шелковое платье и нервно теребила большое жемчужное ожерелье. На свадьбе не было никого из родственников. Свидетелями являлись бывший гофмейстер бар. Солемахер и проф. Руднев.

Во время венчания принцесса сияла от радости и в ответ на приветствия бургомистра заявила:

- Мне абсолютно безразлично, что обо мне думают. Я счастлива!

Венчание по православному обряду состоится завтра, в понедельник. После него молодые отправляются в свадебное путешествие» (<Б. п.> Свадьба Зубкова // ПН. 1927. 21 нояб. № 2434. С. 2; ср.: <Б. п.> Свадьба Зубкова // В. 1927. 20 нояб. № 901. С. 1). Cм. здесь же: «Сегодня, в Висбадене, в русской церкви состоялось венчание по православному обряду Зубкова с принцессой Шаумбург» (<Б. п.> Свадьба Зубкова // ПН. 1927. 21 нояб. № 2434. С. 2). В этой же связи см. чуть ранее в «Сегодня»: «Бракосочетание <...> Зубкова с <...> Викторией состоится 19 или 21 ноября. Зубков категорически опровергает сообщение одной из парижских газет о том, будто до помолвки с принцессой <...> он был помолвлен с одной парижской манекеншей» (<Б. п.> Свадьба Зубкова на будущей неделе // С. 1927. 14 нояб. № 257а. С. 1).

[2] В этой связи напомним, что 21 - 23 октября 1927 г. состоялся пленум, на котором Л. Д. Троцкий и Г. Е. Зиновьев были исключены из состава ЦК правящей партии. В ответ 7 ноября, по случаю 10-летия Октября, лидеры «троцкистско-зиновьевского блока» организовали уличные демонстрации в Москве и Ленинграде. Реакция была незамедлительной: на прошедшем 12 - 14 ноября пленуме ЦК ВКП(б) Троцкого и Зиновьева исключили из партии, а Л. Каменева и Х. Раковского - из членов ЦК. 2 - 19 дек. 1927 г. XV съезд ВКП(б) довершил разгром оппозиционеров: из партии были исключены 75 деятелей «блока», а также сторонники группы «демократического централизма».

[3] Шурин, деверь (фр.).

[4] Дон-Аминадо. Маленький фельетон: Политический обзор // ПН. 1927. 22 нояб. № 2435. С. 3.

[5] Тогда как в качестве «покинутой» М. Прохоровой «страны родной» неожиданно предстает Франция.

[6] Весьма вероятно, что не только лермонтовским: использованное в фельетоне применительно к той же Прохоровой словосочетание «с мятежной русскою душой» вкупе с особой акцентацией ее гендера («бывши полом слабым»), видимо, являются иронической отсылкой к приметному и примечательному заглавию известной в свое время статьи Н. А. Бердяева «О "вечно-бабьем" в русской душе» (1914) и, конкретно, к след. утверждению в ней: «<...> русская душа - мятежная, ищущая, душа странническая, взыскующая Нового Града <...>» (цит. по: Бердяев Н. Собр. соч. Paris: YMCA-PRESS, 1989. Т. 3. С. 354; впервые была напеч. в «Биржевых ведомостях» в 1919 г., 14 и 15 янв., затем в кн.: Бердяев Н.Судьба России: Опыты по психологии войны и национальности. М.: Изд. Г. А. Лемана и С. И. Сахарова, 1918. С. 35).

Страницы