«Зубковиана» Дона Аминадо: страница 2 из 19

Печать и PDF
Опубликовано: 
22 января 2013
Фридерика Амалия Вильгельмина Виктория и Александр Зубков
Александр Зубков
Рудольфо Валентино
Зубковы. Семейный портрет

И тут на беду в ее жизни появился двадцатисемилетний белоэмигрант Александр Зубков. Родился он в Иваново, в семье богатого текстильного фабриканта, в Москве изучал медицину, а после революции работал в Германии мойщиком посуды, танцором в дансинге, матросом и разнорабочим. Красавец, как две капли воды похож на Рудольфо Валентино, голливудского кумира немого кино - набриолиненного брюнета с четким пробором. Зубков иногда даже подрабатывал двойником Валентино. При этом Александр был ужасно беден, поскольку проматывал все в грандиозных попойках, тратил деньги на женщин и кокаин. Но однажды фортуна ослепила Зубкова золотозубой улыбкой.

<...> Зубков был представлен принцессе - и произвел поистине неотразимое впечатление. О, это была не просто любовь с первого взгляда, это была настоящая африканская страсть! Не прошло и двух недель после знакомства, ка<к> вдовствующая принцесса объявила о своем решении вступить с господином Зубковым в законный брак!

<...> Разумеется, разразился страшный скандал. <...> бывший кайзер <...> решительно отказался дать согласие на брак сестры. Все европейские королевские и княжеские дома, ополчившись на влюбленную пару, бойкотировали скандальное событие. Но что все эти досадные мелочи значили для обуреваемой высоким чувством принцессы!

Венчание состоялось по православному обряду, и невеста отныне стала называться фрау <...> Зубков, Виктория, урожденная принцесса Прусская. После недолгого свадебного путешествия Зубков поселился во дворце Шаумбург на Кобленцерштрассе. Вскоре принцесса открыла для мужа не только сердце, но и свой банковский счет. И тут началось...

Через неделю ее обожаемый Александр прекратил появляться на семейных чаепитиях. Через две перестал приезжать к ужину. А на третью решил отправиться в Монте-Карло, чтобы немного проветриться. И там - внимание! - за один присест проиграл в рулетку 12 миллионов золотых марок. Все состояние принцессы! Когда же эти фантастические деньги закончились, Зубков, используя имя жены, назанимал у разных лиц 660 тысяч марок, которые тоже моментально вылетели в трубу. А во дворце поселились какие-то темные личности, с которыми Зубков выпивал.

Подошел срок уплаты долгов, и имущество принцессы пошло с молотка. Бедная Виктория покинула дворец, где прожила 38 лет, и поселилась в маленьком домике в Мелеме, южном пригороде Бонна. Вскоре она скончалась от горя в больнице для бедных. А Зубков, по пьянке разодравшись в захудалом берлинском баре с кем-то из обслуги, был объявлен нежелательным иностранцем и выслан за пределы Германии. Год спустя его видели в Люксембурге, где он подрабатывал официантом на текстильной ярмарке. "Вас обслуживает зять кайзера", - гласила реклама. В 1929 году Александр появился на сцене третьесортного варшавского кабаре, где занимал публику рассказами о своей жизни в Шаумбургском дворце и баснословном проигрыше в Монте-Карло» [1]).

Наряду с репортерами на тему интересующего нас мезальянса немало позубоскалили и фельетонисты перечисленных эмигрантских газет. Наиболее ярко и продуктивно выступил на этом поприще присяжный сатирик «Последних новостей» Дон Аминадо (А. П. Шполянский; 1888 - 1957), в очередной раз подтвердивший тем самым высокую оценку его творческого дарования И. А. Буниным и другими видными литераторами эмиграции [2]. Так или иначе, в прозе и стихах Аминадо отозвался на эту тему около десятка раз. Избежал ли он при этом отмеченных выше грехов своих коллег - хроникеров и репортеров? Отнюдь, но его «неправда» - мотивированна, концептуальна и оборачивается «правдой» высшего порядка - художественной. Суть этого концепта мы и намерены выяснить. Наше дальнейшее изложение будет строиться как череда текстов Аминадовой «зубковианы» и развернутого историко-культурного комментария к ним.

 


[1] Болотовский М. Брак по расчету на любовь - http://www.chas-daily.com/win/2010/10/29/g_018.html?r=32. С последним утверждением ср. след. сообщение в рижской газете за 1929 г.: «В варшавский ресторан "Под Вехой" явился элегантный молодой человек, заказавший себе изысканный обед. По окончании обеда молодой человек заявил, что не намерен платить за обед, ибо не имеет денег. Вызванный полицейский потребовал, чтобы неизвестный назвал себя, и молодой человек с готовностью заявил, что его зовут Юрий Зубков и что он брат известного Александра Зубкова. Полицейский предполагал сначала, что молодой человек шутит, но по предъявлении паспорта оказалось, что любитель даровых обедов действительно Юрий Зубков, живущий в Варшаве на Хмельной улице 19» - <Б. п.> Брат Зубкова в Варшаве. (От варшавского корреспондента «Сегодня») // С. 1929. 5 нояб. № 307. С. 4.

Также ср.: Беликов Ю., Зубков В. Ванна начала ХХ века, или Чаепитие с принцессой Прусской: Разговор с обладателем «авантюрного гена», потомственным дворянином Владимиром Зубковым // День и ночь. Красноярск, 2009. № 4 - http://magazines.russ.ru/din/2009/4/be28.html.

[2] См.: «Меня не раз спрашивали, что я думаю о таланте этого писателя, то есть, кто такой этот писатель: просто ли очень талантливый фельетонист или же больше, - известная художественная величина в современной русской литературе?

Мне кажется, что уже самая наличность этого вопроса предрешает ответ: спрашивающие чувствуют, что имеют дело не просто с популярным и блестящим газетным, злободневным работником, а с одним из самых выдающихся русских юмористов, строки которых дают художественное наслаждение.

И вот я с удовольствием пользуюсь случаем сказать, что это чувство совершенно справедливо.

Дон-Аминадо гораздо больше своей популярности (особенно в стихах) и уже давно пора дать подобающее место его большому таланту, - художественному, а не только газетному, злободневному» (Бунин И. <Рец.> Дон-Аминадо. «Наша маленькая жизнь». - Изд. Поволоцкий и К-о. Париж, 1927 г. // Современные записки <Далее - СЗ>. Париж, 1927. № 33. С. 523). Ср. с оценкой М. Цетлина: «Дон-Аминадо один из самых популярных писателей в эмиграции. Ему удается то, что казалось бы является непосильной задачей: изо дня в день, в течение многих лет, давать в газете очерки в прозе и стихотворения и все же не "исписаться". Постепенно он сделался каким-то ингредиентом нашего жизненного обихода <...>» (Цетлин М. <Рец.> Дон-Аминадо. Накинув плащ. Сборник лирической сатиры. Париж, 1928 // СЗ. 1928. № 37. С. 538). В этой же связи см. письмо М. Цветаевой Дону Аминадо от 31 мая 1938 г. в кн.: Цветаева М. Собр. соч.: В 7 т. М.: Эллис Лак, 1995. Т. 7. С. 653.

Страницы