Ретроспектива

Чемпионат

16.10.2012

Городишко был хуже некуда, хуже и не придумаешь: откровенно по душе и от всей души хам и скопидом, по роду занятий – скупщик зерна и мукомол.

Был он уже немолод, было ему лет под двести; но ничего сколько-нибудь достопримечательного ни с ним, ни возле него так и не случилось. История обошла его стороной: в татарские времена за ним не числилось пылающих свидетельств летописцев, ибо его вообще ещё не существовало на свете, и жечь было нечего, а после татарских – некому: добраться до него даже у самых бойких завоевателей не хватало ни колес, ни пороху.

«12». К вечеру Блока и Гумилёва

Публикатор: 
26.02.2012

– Сколько движения! Какая спешность! Какой порыв!

Здесь всё – в лихорадке, в возбуждении, стремительное, бегущее, летящее, безостановочное.

– Крутит.

– Косит.

– Рвёт.

– Свищет.

– Мнёт.

– Гуляет.

– Летит.

– Несётся.

– Орёт.

Что это такое? Где? Что случилось? Кто пишет такими словами? Уж не Влад.<имир> ли Маяковский? Откуда эти цитаты? Из «Облака в штанах»?

Нет, это – Александр Блок. Это его «Двенадцать».

Духовенство в 1812 году

Публикатор: 
25.02.2012

Из всех русских сословий, терпевших сто лет тому назад злое горе Отечественной войны, духовенство явило себя наименее активным. Деятельность его под военной грозой была настолько ничтожна, что, например, Толстой в «Войне и мире» мог весьма спокойно обойтись без духовного сословия, не только не выведя на сцену ни одного его представителя, но даже и не упоминая о нём, словно его совсем в это время в России не существовало. Правда, что «Войну и мир» писал ещё не тот Толстой, который бежал от Долго-Хамовнического переулка и Ясной Поляны, но Толстой-аристократ, с весьма типическим сосредоточением наблюдательного интереса на жизни и психологии собственного класса и весьма чуждо скользивший по жизни и психологии классов низших. Правда, что поэтому оказались у него в романе не более, как хористами и статистами, также и мужик, и солдат, и демократ-офицер. (См. о том в моём «1812 годе», главы «Наполеон-Пугачёв» и «Александрово воинство»). Но, всё-таки, наличность ролей мужика, солдата и армейского офицера настолько настойчиво выпирала вперёд и заявляла свои права, что великий реалист не мог её обойти, не изменив правде художественного творчества, и, хотя изобразил участие это далеко не в той значительности, которой оно заслуживало, и не в тех бытовых условиях, в которых они переживались, – тем не менее, роли названных групп в великой драме «Войны и мира» наглядны, существование и деятельность их отмечены и характеризованы.

10-летие со дня расстрела Н. С. Гумилёва

Публикатор: 
05.02.2012

Десять лет тому назад, 27-го августа, в Петербурге был расстрелян большевиками поэт Николай Степанович Гумилёв.

Советский энциклопедический словарь говорит об этом кратко: за активное участие в белогвардейском заговоре. Здесь, за рубежом, стремясь представить себе картину последних часов и смерти поэта, один из русских писателей рисовал Гумилёва, стоящего перед чекистами.

Ему стоило только повиниться, склонить голову, привести кое-какие оправдания – жизнь его была бы спасена. Он не пошёл на это. Спокойно смотря в глаза своим палачам, Гумилёв решительно и гордо бросал губящие его ответы. Судьба его была решена. Он сам это понимал, сознавал и чувствовал.

Смерть Н. С. Гумилёва

Публикатор: 
05.02.2012

По данным «П.<етроградской> Правды» в числе расстрелянных по постановлению чрезвычайки значится и поэт Николай Степанович Гумилев. Едва ли можно сомневаться в правильности этого сообщения. Может ли и станет ли разбираться какая-то чрезвычайка в том, что такое Гумилёв. Это в истории России второй после Рылеева случай, когда предаётся смерти поэт. Разница только в том, что Рылеев был поэт политический, некрупный по таланту, и принимал, действительно, участие в настоящем, нешуточном декабристском восстании. Гумилёв к политике ни творчеством, ни жизнью своей отношения не имел и вряд ли мог иметь хотя бы случайное отношение к какому-то малоправдоподобному заговору. Знавшие Н. С. Едва ли этому поверят. Повод подозревать его в противобольшевистском образе мыслей мог подать разве только его независимый, стойкий характер.

Страницы