Монография

«Записки сумасшедшего» и «Горе от ума»: проблема генезиса

20.07.2011

В свое время В. Б. Шкловский писал в книге, посвященной художнику П. Федотову: «Чиновник, получивший орден, красив, и купеческая дочка, за которую сватается майор, – красавица, и за ее обликом стоит античность, но эта красота искажена положением». Развивая эту мысль, ученый далее продолжал: «Федотов хочет возбудить к своему свежему кавалеру и жалость и чувство злобы. <...> Вот почему герой картины не стар и не безобразен. Он человек, от которого еще можно требовать истинного достоинства. <...> Работая над картиной, Федотов делал чиновника в разных поворотах; в набросках это голова статуи; может быть, голова Фавна. Кавалер в халате, несмотря на выставленную вперед губу, почти красив: папильотки на его волосах свивают пряди волос в скульптурную форму.

Лингвистическая тема в статьях и эссе Бродского о литературе

29.01.2011

В последнее время в поле зрения науки о языке все чаще оказывается феномен, который обозначается как folk linguistics, т. е. «высказывания, выражающие личные наблюдения или воззрения рядовых и далеко не рядовых носителей языка» (Булыгина, Шмелев, 1999: 148). По количеству подобных высказываний о языке Бродский, пожалуй, превосходит любого другого поэта своего поколения, поэтому представляется особенно интересным проследить за метаязыковыми суждениями, возникающими в его текстах, и выявить связь этих суждений с определенными лингвистическими идеями.

Иосиф Бродский неоднократно повторял, что основная тема его творчества -  время и то, что оно делает с человеком (Амурский, 1990: 113; Биркертс, 1997: 81 и др.). Эта тема в его стихотворениях и статьях всегда тесно связана с языком, что, возможно, отражает когда-то поразившие поэта строки У. Х. Одена: Time <...> Worships language and forgives / Everyone by whom it lives (Оден, 1997: 186 - 188). Таким образом, основной конфликт поэзии Бродского может быть представлен как конфликт времени, которое разрушает мир, с языком, который этот мир создает. Образ языка в творчестве Бродского не раз анализировался исследователями с разных точек зрения (ср., например: Библер, 1993: 174 - 182; Полухина, 1989: 60 - 66, 169 - 181; Пярли, 1996), однако с точки зрения лингвистики этот образ практически не рассматривался.

«Возобновленная тоска» Бориса Дикого и «Три столицы» В. В. Шульгина

07.01.2011

Напомним: «Борис Дикой» – псевдоним Бориса Владимировича Вильде (8.07.1908 – 23.02.1942). Поэт, прозаик, журналист, литературный критик Русского зарубежья, заметный французский филолог и этнограф, он родился под Петербургом. После смерти отца в 1913 г. мать увезла Бориса и его сестру на свою родину – в дер. Ястребино Ямбургского уезда Петербургской губернии (ныне – Волосовской р-он Ленинградской обл.). После Октября 1917 г. семейство перебралось в Эстонию. В 1920 – 26 гг. Б. Вильде учился в Тартуской русской гимназии, в 1926 – 27 гг. – на физико-математическом факультете Тартуского университета. В «конце сентября или в начале октября 1927 г. <он> тайно отправился в Советскую Россию через Чудское озеро на лодке <…> В октябре находился под стражей в тюрьме города Гдова. В феврале 1928 опять же тайно вернулся в Эстонию. За незаконное пересечение границы он в марте 1928 был оштрафован <…>». В середине лета 1930 г. Вильде уехал через Латвию в Германию, в которой провел свыше 2 лет, живя в Берлине, странствуя, выступая перед немцами (в Веймаре и Йене) с лекциями о современной русской культуре и одновременно сотрудничая в русской эмигрантской периодике. В самом конце 1932 г. он перебрался в Париж.

«Повесть о пустяках» Б. Темирязева и «Жизнь Клима Самгина»: Попытка диалога

26.07.2010

Нам уже доводилось писать о том, что опубликованная в 1934 г. берлинским эмигрантским издательством «Петрополис» «Повесть о пустяках» Б. Темирязева (Ю. П. Анненкова) представляла собой попытку ее автора наладить диалог со своими прежними друзьями и знакомыми в Советской России (с В. Б. Шкловским, К. И. Чуковским, М. А. Кузминым, М. В. Бабенчиковым, Б. А. Пильняком, И. Э. Бабелем, О. Д. Форш и др.). «Повесть о пустяках» (далее – ПП) являла собой закодированное послание-сообщение о новообретенных ее создателем мировоззренческих позитивах. Сызмальства зараженный безверием, лишившийся Родины и выпавший из ее истории Анненков в экстремальных условиях эмиграции осознал порочность своего юношеского деструктивного мировоззрения, катастрофичность овладевшего им и людьми его поколения политического радикализма, бесперспективность разделяемых ими упований на социально-политическое (рациональное) преобразование общества и жизненного уклада. Умудренному жизнью, обретшему зрелое конструктивное мировоззрение автору ПП все эти попытки представлялись не более чем «пустяками» – фикциями (симулякрами). К этому добавлялась обретенная им уверенность в спасительном и познавательном предназначении искусства и лежащей в его основе игры.

В предлагаемой статье мы выявляем еще одного адресата анненковского messаge – автора «Жизни Клима Самгина»<...>

«Камера обскура»: от замысла к воплощению

27.06.2010

В письме к Г. П. Струве от 23 марта 1931 г. В. В. Набоков извещал:«Под большим секретом сообщаю Вам, что кончил новый роман, – не говорите никому! Он из немецкой жизни и довольно сочный». Речь шла о романе «Райская птица», начатом в январе и в феврале того же года уже завершенном. Однако вскоре Набоков принялся за кардинальную переделку произведения, итог которой известен: если верить самому писателю и его биографу, уже к концу мая 1931 г. возник принципиально иной текст с иным заглавием – «Камера обскура» (далее – КО). Этот «кинематографический» роман был, напомним, опубликован в №№ 49 – 52 «Современных записок» (май 1932 – май 1933 гг.) под названием “Camera Obscura”, отдельное его издание было выпущено осенью 1933 г. Установлено, что в «журнальном варианте отсутствуют две главы (ХХ и ХХХIII), представленные в книжном издании 1933 г., и две главы сокращены (XXIII и ХХV). Кроме того, отдельные эпизоды журнального варианта изменены или опущены в книжном издании».

Страницы